За короткое время не стало двух больших во всех смыслах людей — Александра Ширвиндта и Василия Уткина. И для меня это гораздо более серьезные события, чем прошедшие выборы. Путь, который выбрало российское большинство, понятен. А умные люди с их замечательной самоиронией помогали справляться с неотвратимостью этого выбора, своим примером показывали, что и в этих условиях можно жить и творить. Но вот теперь их нет, и живи как хочешь — без меткого словца, без интересного и утешительного наблюдения.
Выбор без выбора
Выборы в России — как кастрюля с макаронами. Ну или с лапшой — для простоты понимания. Я давно работаю в журналистике и знаю, как проходит народное волеизъявление. Приличный человек сегодня тот, кто, участвуя в этом, не получает удовольствия и не рассказывает потом на публику, когда в том нет никакой необходимости в виде фиксирующей камеры, о том, как замечательно было ощутить чувство единства.
О том, что будет так, как произошло, сомнений не было ни у кого. Выбор большинства — предсказуем. Но это, извиняюсь за тавтологию, когда речь идет о выборах. Когда нет стоящих за спиной, когда ты знаешь, что выбрать можешь свободно и никто не ткнет тебя булавкой под лопатку, большинство всегда тянется к талантливым и остроумным. Когда есть выбор, большинство предпочитает лучшее. Это естественно, потому что так или иначе, но цивилизация развивается благодаря умным — ученым, бизнесменам, писателям. Тем, кто двигает вперед науку, экономику, мысль. То самое пресловутое большинство понятия не имеет, как работает смартфон, но каждый из большинства имеет такую лопату на ладони и тыкает в неё пальцем.
Могли выбирать машины, позволял бюджет — покупали немецкие и японские авто. Могли выбирать бытовую технику — предпочитали марки, которых ныне не сыскать. Когда был свободный выбор, смотрели лучшее мировое кино. Сегодня всё — по остаточному принципу. Выбираем из того, что есть, а не из того, из чего хотелось бы.
При этом те, кто для нас такую альтернативу оставил, по-прежнему имеют возможность пользоваться полным выбором. Махнул рукой политик, давая интервью, а костюмчик-то у него от «Бриони». И в студию он приехал не на «Ладе Гранте».
Свобода — это когда ты сам решаешь. А решив, не отчитываешься перед куратором, не отправляешь ему свою локацию и фото бюллетеня.
Личное и безличное
Уход из жизни умнейшего Васи Уткина — большая личная потеря. Так воспринял. Александр Ширвиндт всё-таки прожил большую интересную жизнь, а Васе было всего 52. Даже по старым меркам, до пенсии было ещё далеко.
Но дело, конечно, не только в возрасте. Из чего состоит наша жизнь? Я не про великие этапы и повороты, а о повседневной ткани. За вычетом чистой физиологии это звуки, прикосновения, мысли. Характер звуков, прикосновений и мыслей влияет на настроение, самочувствие и внутреннее состояние — от веселости и вдохновения до депрессии.
Как я понимаю, Александр Анатольевич незримо присутствовал в моей жизни поболее иных близких родственников. Его голос в ушах с детства. Его номера в паре с Михаилом Державиным мы пародировали с одноклассником ещё в 80-х. А потом были книги. Вот только жена привезла в подарок из Питера новую книгу Ширвиндта — «Опережая некролог». Прекрасный рассказчик и мастер самоиронии. Кого из живущих можно поставить в ряд?!
Голос Васи тоже всегда со мной. В навигаторе, например. Кстати, сам Уткин считал это большим своим достижением. В последние годы он был отстранен от всех возможных эфиров. В день смерти на Матч ТВ запустили матч, который комментировал Вася много лет назад. Талантливых людей всегда окружает большинство, которое с огромными процентами выберет серость, напишет донос и объявит иностранным агентом. Но которое после драки начинает со слезами на глазах вспоминать гениального человека.
А ещё я был подписан на Васину телегу. Писал он туда даже не каждый день, но если писал, то почти всегда это было точно, ёмко и остроумно. Он формулировал то, что я не до конца понимал. Часто он, как сейчас принято говорить, делал мой день. Отдельное удовольствие доставляло, как Уткин давал по ушам (вербально, разумеется) своим недругам-завистникам. Даже голосования проводил в телеграм-канале: как считаете, граждане, ответить такому-то? Добавлю, что среди вариантов ответов всегда присутствовал «Вася, иди в ж…». Не устану повторять, что самоирония всегда свидетельствует о нравственном здоровье человека.
Ну и к чему я это всё? Определенного куска моей жизни — веселого, заставляющего задуматься, парадоксального — не стало. В такие минуты это ощущаешь физически, будто вырезали кусок мяса. А потом уж начинаешь анализировать, что да почему. И ещё в такие минуты копится раздражение на торжествующих бездарей. На большинство то бишь.
Таланты и поклонники
В чем разница между действительно талантливыми людьми и теми, кто кажется сегодня незаменимым? Да в том, что пройдут годы, а ироничного Ширвиндта и язвительного Уткина будут по-прежнему вспоминать с уважением. А «незаменимых» забудут в одночасье.
Спортивные журналисты Василий Уткин и Игорь Рабинер последние годы были в плохих отношениях. Вася талантливо стебал очень длинно пишущего Рабинера, тот обижался. Доставалось от Уткина другим коллегам по комментаторскому цеху — Черданцеву, Геничу. Да кому только не доставалось. Не стало Васи — все как один выступили с признанием таланта и даже гениальности Уткина, отбросив старые обиды.
У талантливого человека всегда много сопутствующих составляющих, личных черт, особенностей, которые зачастую неприятны для окружающих. Но в итоге личность оценивается по модулю. Помните, да — это величина без учета плюсов и минусов. Масштаб, так сказать. И мы ещё посмотрим, как будут оценены историей и современниками незаменимые, когда их оторвут от власти и бюджетных кормушек.
Если брать местных деятелей, то ещё недавно в нашей элитке гремели имена Ландо, Семенца, Кузнецова, Суровова. Реально же казалось многим, что без разрешения Соломоныча мышь не проскочит. Тот же Семенец, боюсь соврать, кажется, 7 созывов в облдуме отсидел. Разве можно без него? Оказалось, можно. И даже легко. А Синичкина помните? Глыба же был. Руку жал крепко, шутил. След простыл.
А всё потому, что есть таланты, а есть поклонники, которые ходят за кумиром и смотрят ему в рот. Надо просто не забывать, что кумир может в любой момент попросить поклонников оставить его в покое.
Антиутопия
Я тут жаловался на то, что не могу ничего читать в последнее время. Особенно писателей-футуристов, творцов утопий, мастеров пост-апокалиптической литературы. Дело в том, что реальность постоянно превосходит картины, которые представляют писатели в виде страшных снов.
Но начал тут читать новую книгу и понял, что есть ещё порох в пороховницах. Повествование начинается с загрузки на паровоз топлива в виде человеческих тел. Интрига в том, что привезли-то мороженный товар, а нужно парное топливо, свежее.
Всегда хотелось думать, что эти фантасмагории — не предсказания, а предупреждения. Что нельзя так с нашей планетой поступать. Кто ж знал, что для кого-то это станет руководством к действию.
Следует, однако, признать, что не хватает уже воображения маститым авторам, чтобы сильно опередить время. Настигает оно. Неумолимо. Поэтому, когда уходят великие мира сего, часто посещает мысль: слава Богу, что они не видят происходящего. Градский, Жванецкий. Что бы они сейчас сказали о происходящем? Как бы переживали? Стали бы иноагентами? Ответы на некоторые вопросы и знать не хочется, если честно. Чтоб не разочаровываться.
Хорошо, что не дожили, думаешь. И сам себя осекаешь: да разве можно так говорить о человеке? Человек — это вообще про жизнь. Эх, Вася сказал бы умнее.
Андрей ОЛИВКИН
Фото: нейросеть Кандинский
